Квантовый компьютер, выращенный… прямо в живом организме

Научная фантастика или…? Давайте разбираться.

Для начала небольшая теория, необходимая для погружения в тему, для тех кто далек от физики, а тем более от квантовой. Не волнуйтесь, объяснения не содержат формул и максимально просты. Это необходимо для понимания, почему квантовые состояния такие хрупкие и почему все с ними так носятся.

Вы, скорее всего, уже не раз слышали про эффект наблюдателя.

Неудачное название породило целую эзотерическую религию. Но явление, скрывающееся за этим названием, гораздо банальнее: мир электронов, протонов и всей мелкой братии настолько мал, что любые наши измерения вносят хаос в систему, которую мы хотим измерить, что сильно затрудняет понимание состояния системы, потому что мы не может в нее заглянуть, “не разбросав все по комнате ногами”.

Частицы даже никак не подсветить, потому что сам фотон, вылетающий из источника света, соизмерим с остальными частицами и вполне может на равных бодаться с электроном и просто изменить его скорость или энергию. Подсветив электрон, чтобы понять, где он находится, мы тем самым меняем его состояние. Все равно, что пытаться поймать сачком мыльный пузырь.

В этом и заключается эффект наблюдателя, который правильнее было бы назвать эффектом измерения.

Любые мелкие воздействия с точки зрения макромира ужасно грубые на уровне микромира, поэтому все квантовые эффекты так чувствительны к любым внешним воздействиям. Именно поэтому современные кубиты содержатся практически при абсолютном нуле, при котором, как мы знаем со школы, — прекращается хаотичное движение частиц и они не сбивают хрупкие квантовые состояния друг друга (не лопают наш мыльный пузырь неосторожным движением).

А теперь к теме.

Разобраться
Квантовый компьютер, выращенный… прямо в живом организме
Source: geektimes

[Перевод] «Митохондриальная теория разума» Мартина Пикарда

Было девять утра четверга, и Мартин Пикард наблюдал, как его кровь утекает по шлангу капельницы из руки в отверстие в стене. Он сидел на односпальной кровати в тесной комнатке, расположенной на расстоянии меньше ширины плеча от раковины из нержавеющей стали и фарфорового унитаза. Каждый час в течение 24 часов, в том числе во время сна, медсестра отводила кровь из его руки исследовательской группе, работавшей в соседней комнате; в каждый момент времени, если он был бодр, он также сдавал образец слюны и заполнял анкету о своём настроении.

Комната напоминала камеру или, возможно, очень тесный гостиничный номер, но на самом деле это была камера для исследования метаболизма — одна из всего лишь 50 подобных в мире. Её очевидно небольшой размер не позволял Пикарду тратить лишнюю энергию сверх абсолютного минимума, необходимого для поддержания жизни. Дневной сон был запрещён, как и приём любой пищи, кроме строго расписанных приёмов пищи, рассчитанных с учётом его калорийных потребностей. Ложиться спать нужно было ровно в 23:00. Перед тем как погасить свет, Пикард надевал устройство для мониторинга жизненных показателей и мозговой активности во время сна.

Хотя занятий в комнате было не так уж много — в основном он сидел в постели, читая или работая за ноутбуком, — в тот июльский день 2021 года Пикард испытывал прежде всего волнение. Дело в том, что он стал первым добровольцем в эксперименте, проводимом Лабораторией митохондриальной психобиологии, которую он возглавляет в Медицинском центре имени Ирвинга при Колумбийском университете в Нью-Йорке. Изучая, сколько энергии требуется для поддержания базовых жизненных функций, его лаборатория стремится исследовать фактор, влияющий на здоровье и болезни, начиная с молекулярного уровня и заканчивая сознанием (который, по его мнению, другие упускают из виду): митохондрии.

Читать далее
[Перевод] «Митохондриальная теория разума» Мартина Пикарда
Source: geektimes